Общее·количество·просмотров·страницы

суббота, 12 октября 2013 г.

Император, который знал свою судьбу (О предсказаниях и пророчествах в жизни и судьбе Николая II).


1891г. ПРОРОЧЕСТВО ЯПОНСКОГО ОТШЕЛЬНИКА.
Еще будучи Наследником Престола, Николай II в 1891 году отправился в кругосветное путешествие, которое закончилось в Японии, где 29 апреля (ст.ст.) 1891 года на него было совершено покушение японским фанатиком. За несколько дней до этого, по воле случая, он встретился близ Киото с буддистским отшельником и предсказателем Теракуто. В воспоминаниях сопровождавшего Николая переводчика, маркиза Ито есть запись пророчества этого отшельник: «Опасность витает над твоей главой, но смерть отступит, и трость будет сильнее меча, и трость засияет блеском». Действительно, фанатик ударил его мечом по голове, но второй удар предотвратил своей тростью сопровождавший Цесаревича принц Георг. По возвращении в Санкт-Петербург, по распоряжению Александра III, эта трость была украшена множеством алмазов и, действительно, «воссияла». Менее известна вторая часть пророчества Теракуто: «...Великие скорби и потрясения ждут тебя и страну твою... Все будут против тебя… Ты принесешь жертву за весь свой народ, как искупитель за его безрассудства...» Все сопровождавшие его в те дни (еще до покушения) отмечали, что Николай  был глубоко опечален. Тем не менее, он был очень молод тогда, и вряд ли глубоко задумался над второй частью предсказания.
 1896г. ПРЕДСКАЗАНИЯ АНГЛИЙСКОГО АСТРОЛОГА (КАЙРО).
В августе 1896 года, вскоре после коронации, Николай и Александра отправились с официальными визитами в Европу. В сентябре они были в Англии, у бабушки Аликс – королевы Виктории. В Англии произошла первая встреча Николая II с астрологом Луисом Хамоном.  О многих встречах с «сильными мира сего» Луис Хамон рассказал в своих мемуарах, написанных в 1931 году. России и встречам с царской семьей посвящены две главы (из двадцати девяти). Заметим опять же, что приводимое ниже предсказание Николай II получил помимо своего желания - от принца Уэльского (будущего короля Великобритании), который за некоторое время до визита встречался с Кайро и попросил его составить прогнозы на даты рождения (время и место) некоторых своих родственников и европейских монархов (не называя астрологу их имена, а только даты рождения). На листе с данными рождения Николая было написано: «Кто бы ни был этот человек, дата его рождения, числа и другие данные показывают, что в течение своей жизни он часто будет иметь дело с опасностью ужасов войны и кровопролития; что он сделает все от него зависящее, чтобы предотвратить это, но его Судьба настолько глубоко связана с такими вещами, что его имя будет скреплено с двумя самыми кровавыми и проклятыми войнами, которые были когда-либо известны, и что в конце II войны он потеряет все, что он любил больше всего; его семья будет вырезана и сам он будет насильственно убит».
  Конечно, Николай был удивлен.  После этих предсказаний Николай II и сделал первую попытку переломить судьбу. Эту версию высказали английские газеты после публикации мемуаров Луиса Хамона в 1931 году. Они вспомнили о знаменитых мирных инициативах Николая II – по созыву Гаагских мирных конференций по всеобщему разоружению. Невероятное для того времени предложение русского царя удивило Европу. Некоторые политики приветствовали его и утверждали, что царь войдет в историю как Николай Миротворец. Однако, много было и таких, которые отозвались весьма нелестно, в том числе принц Уэльский и кайзер Вильгельм. Последний телеграфировал своему кузену, Николаю II: «Вообрази монарха, распускающего свои полки, овеянные вековой историей, и предающего свой народ анархии и демократии». Все же, именно благодаря настойчивости русского императора, большинство государств поддержали инициативу России и мирная конференция была созвана в Гааге в мае 1899 г.  Более того, судя по всему, Николай II предпринимал все усилия, чтобы не допустить ни Японской, ни Первой мировой войны. Так, за несколько дней до начала Русско-японской войны, по решению Николая, Россия согласилась абсолютно на все требования Японии. Уже были отданы соответствующие распоряжения и посланы телеграммы. Однако, «японские ястребы», узнав об этом, объявили войну за сутки до вручения в Токио официального согласия России выполнить все требования. Но вернемся к главной теме. Мрачные предсказания Кайро, о которых Николай II впервые узнал в 1896 г., были точны. В том числе и в том, что «война будет неизбежна, несмотря на все усилия этого человека для ее предотвращения».
 1901г. ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ ИЗ ПРОШЛОГО – МОНАХ АВЕЛЬ.
В марте 1901 года исполнялось 100 лет со дня убийства Павла Первого. Все российские цари после него знали, что в Гатчинском дворце его вдова (Мария Федоровна) оставила особый ларец с запечатанным личной печатью Павла письмом монаха Авеля: «Вскрыть потомку моему в 100-летний день моей кончины». Правда, поскольку вдовствующая императрица Мария Федоровна, хозяйка Гатчинского дворца и мать Николая, в марте 1901 года находилась в Дании, то Николай и Александра ознакомились с этим письмом, видимо в апреле, когда она вернулась в Гатчино. 8 апреля, судя по всему, они в приподнятом настроении поехали в Гатчино в сопровождении министра двора Фредерикса. Что было в этом письме – остается загадкой. В 1930 году в Берлине было опубликовано «историческое сказание Вещий инок» - ветеран Первой мировой войны Петр Николаевич Шабельский-Борк, известный своей коллекцией раритетов времен Павла Первого, опубликовал это письмо в форме диалога Павла Первого с Авелем. Известно, что возвратились Николай и Александра из Гатчино очень мрачные и опечаленные. В том апреле Николай еще пять раз ездил в Гатчино, к матери. С того же времени начинаются свидетельства о том, что Николай «ничего не боится до 1917 года».
1903г. ВТОРОЕ ПОСЛАНИЕ ИЗ ПРОШЛОГО – СЕРАФИМ САРОВСКИЙ.
 В Сарове 20 июля 1903 года вдова секретаря преподобного Серафима, Елена Мотовилова, вручила Николаю другое послание, написанное Серафимом лично для него, Николая II. Серафим вручил ей это послание незадолго до своей кончины со словами «Муж твой не доживет, а ты доживешь». Ей за 80 лет было в 1903 году. По свидетельству очевидцев, Николай спрятал этот толстый пакет за борт мундира и сказал, что вечером прочитает. И они с Александрой после этого поехали к прославленной блаженной Паше Саровской (тоже около70 лет ей было), с большой свитой, со всеми великими князьями. Вероятно, вечером он прочитал (или начал читать) послание Серафима. Что было в этом послании? Журнал Валаамского общества Америки «Русский паломник» сообщал (в 1990 г.):
«Княгиня Наталья Владимировна Урусова, нам лично знакомая, была в переписке с Е. Ю. Концевич, которая нам оставила письма, равно как и Воспоминания покойной княгини. Вот что сообщается ею: «Я знаю о пророчестве преп. Серафима о падении и восстановлении России; я лично это знаю. Когда в начале 1918 года горел Ярославль и я бежала с детьми в Сергиев Посад, то там познакомилась с графом Олсуфьевым, еще сравнительно молодым. Он для спасения каких-то документов, должных быть уничтоженными дьявольской силой большевизма, сумел устроиться при библиотеке Троице-Сергиевой Академии. Вскоре был расстрелян. Он принес мне однажды для прочтения письмо, со словами: «Это я храню, как зеницу ока». Письмо, пожелтелое от времени, с сильно полинявшим чернилом, было написано собственноручно св. преподобным Серафимом Саровским – Мотовилову. В письме было предсказание о тех ужасах и бедствиях, которые постигнут Россию, и помню только, что было в нем сказано и о помиловании и спасении России. Года я не могу вспомнить, т. к. прошло 28 лет, и память мне может изменить, да и каюсь, что не прочла с должным вниманием, т. к. год указывался отдаленно, а спасения и избавления хотелось немедленно еще с самого начала революции; и думается, что это был 1997 г.: во всяком случае, в последних годах 20-го столетия. Простить себе не могу, что не списала копию с письма, но голова была так занята, и мозги так уставали в поисках насущных потребностей для детей, что этим только успокаиваю и оправдываю свою недальновидность... Письмо помню хорошо»». В марте 1905 года Николай II сделал самую решительную попытку переломить или превозмочь судьбу.
   МАРТ 1905. ПОПЫТКА ОТРЕЧЕНИЯ.
С лета 1904 года – во время войны! – Николай начинает либеральные реформы. Сентябрь-декабрь 1904 года в России напоминали время «горбачевской перестройки» - гласность, широкая критика в печати бюрократии и чиновников, обсуждение реформ, в том числе выборного представительства, всеобщий подъем и ожидания больших перемен. И это все с подачи самого царя! Естественно, сложилась в это время и реакционная «камарилья» старой аристократии высшего света и некоторых чинов «тайной полиции», которая решила всеми средствами блокировать реформы. В это же время Япония приняла решение в широком масштабе субсидировать «русскую революцию» - было выделено более миллиона долларов на эти цели.
С начала января 1905 года в Петербурге забастовали Путиловский завод, Ижорские заводы и военно-морские верфи – только военные предприятия. Забастовщикам эсеры платили больше, чем за работу. В основном это были японские деньги. 7 января на адрес царя пришло письмо (фактически – ультиматум) от священника Георгия Гапона, который после увольнения Зубатова возглавил его «Общероссийский рабочий союз». Этот союз был полностью лоялен царю. Революционеров и инородцев в него не принимали. Однако, полиции стало известно, что с начала января в виде исключения в члены союза принято несколько эсеров во главе с инженером Рутенбергом. Царю собирались передать 9 января петицию - целую программу, которую сам Николай и Витте планировали примерно на 20 лет вперед – но в петиции все требовалось выполнить НЕМЕДЛЕННО. 7 и 8 января на совещаниях в Александровском дворце (где с 1901 года постоянно жила царская семья) было принято решение царю в столицу не ехать и петицию никому не принимать – именно прежде всего потому, что Гапон неожиданно для полиции связался с эсерами, а они, как известно, были террористами. После трагедии 9 января (»Кровавое воскресенье») Николай был вынужден свернуть начатые было реформы, назначить «ястребов» на силовые министерства. Все эти события  подвигли Николая принять  решение отречься от престола и уйти в монахи, с перспективой стать Патриархом РПЦ.  В РПЦ была влиятельная группа сторонников восстановления независимости Церкви от государства, восстановления патриаршества, в которую входили, в частности, митрополиты Петербургский (Антоний Вадковский), Московский, Киевский и другие, а также товарищ (заместитель) обер-прокурора Св.Синода Владимир Карлович Саблер. Они добились приема у Николая. Видимо, встреча была где-то 13 или 24 марта 1905 года. Эта встреча описана в книге С.Нилуса «На берегу Божией реки»:
«Неожиданно для них Николай с ходу поддержал идею Патриаршества и спросил их, наметили ли они кандидатуру патриарха. Они еще не обсуждали это. Тогда Николай предложил им свою кандидатуру: он отрекается от престола в пользу Цесаревича Алексея, при регентстве Александры Федоровны и своего брата Михаила, уходит в монахи и затем предлагает себя в патриархи. Предложение было настолько неожиданно для синодалов – и каждый из них имел свои планы на этот счет – что они промолчали. Молчание затянулось. Николай оглядел их пристальным негодующим взором, молча поклонился, развернулся и вышел». С тех пор между ним и РПЦ пробежала тень. Вот после этого и появился Григорий Распутин.
    1907г. ВТОРАЯ ВСТРЕЧА С ЛУИСОМ ХАМОНОМ.
Летом 1907 года Луис Хамон приехал по своим делам – он деловой человек был – в Петербург. Он был знаком еще до этого с министром иностранных дел России Александром Петровичем Извольским. Извольский заказал ему свой гороскоп. В своих воспоминаниях Кайро его полностью не приводит, но пишет, что он предсказал ему уход с поста в 1910 году, новый подъем на 1914-1917гг в связи с новой войной, гораздо более ужасной для всего мира и особенно для России, и после 1917 года – потеря состояния и вообще всего.
Извольский сообщил об этом предсказании (насчет войны) Николаю. Николай пожелал встретиться с Кайро. Видимо, в начале августа 1907 года Извольский отвез Кайро в Петергоф, к Царю. В упомянутых выше мемуарах Кайро об этой встрече есть много интересных подробностей, большинство которых я по понятным причинам здесь опускаю. Кайро узнал в императоре того самого джентльмена, который посетил его в Лондоне (в Оксфорде) в сентябре 1896 года. Николай беседовал с Кайро наедине несколько часов. Кайро пишет, что он при нем исследовал два гороскопа близких ему людей – и все тот же 1917 год был роковой чертой, за которой было падение, потеря всего и смерть. Цитирую воспоминания Луиса Хамона (Кайро):
«Я понял, что он знал, что был обреченным монархом. Но я был поражен тем спокойствием, с которым он выслушал мое заключение. Он просто сказал мне: «Кайро, я глубоко удовлетворен беседой с вами. Я восхищаюсь методами и способом, которым вы достигаете свои заключения»». Вероятно, Николай II просил его поставить гороскопы и дать предсказания жене и сыну-наследнику. Но Луис Хамон не пишет точно, что он предсказал им – он обещал Николаю никогда не рассказывать об этом.
    ВЫВОДЫ.
Множество документальных свидетельств, воспоминаний близких царской семье людей и свиты, иностранных послов в России подтверждают, что с 1903 года в душе Государя произошел какой-то надлом. Он стал фаталистом, и не раз повторял в критические минуты ответственных решений или тогда, когда что-то угрожало его жизни (как после покушения на него во время Водосвятия 6 января 1905 года), что он склоняется перед волей Божьей, но за себя и свою семью ничего не боится до 1918 года, а лишь молится о судьбе России, и готов принести себя в жертву ради нее...  Наверное, всем этим объясняется дальнейшее его так называемое «слабоволие» и само как будто «безропотное» отречение 2 (15) марта 1917 года. Многие современники, близко общавшиеся с царской семьей, отмечали также, что Николай был как бы совершенно равнодушен к разным крупным событиям, как внутренним, так и международным, даже неожиданным для всех окружающих… Вероятно, это спокойствие также можно объяснить, исходя из всего вышесказанного.
3. Возможно, Николай II был единственным в истории Императором, который знал свою судьбу и знал год своей гибели (и гибели всей своей семьи). Несколько раз он пытался переломить судьбу, и особенно решительным образом в марте 1905 года, но не смог. Вся вторая половина его царствования (после марта 1905 года) прошла под невидимым более никому (кроме Александры Федоровны) знаком этих роковых пророчеств. Именно этим мистическим знанием, а не «слабостью» объясняются многие факты его царствования и жизни Царской семьи. Николай Александрович и Александра Феодоровна делали что должно, но знали что будет… Конечно, они не избежали ошибок.  Вышесказанное позволит взглянуть на их жизнь и судьбу более объективно.
                                                                    Борис Романов (с сокращениями)

Комментариев нет:

Отправить комментарий