Общее·количество·просмотров·страницы

пятница, 22 августа 2014 г.

МАЗЕПА

 
Преданиe о том, что Мазепа за любовь к прекрасной польке был привязан  мстительным мужем к спине дикой лошади, которая занесла его на Украину, где он потом сделался гетманом, это предание, рассказанное Вольтером в Истории Карла XII и потом внушившее Байрону чудную его поэму, считалось нелепым вымыслом. Записки Пассека, товарища и сослуживца Мазепы при дворе короля Польского Яна Казимира, доказывают, что это не было вымыслом. Пассек рассказывает про этот случай во всей его прозаической действительности. Автор записок не любит Мазепы и иногда, кажется, непрочь прихвастнуть; но он передает со всею откровенностью все что видел и слышал. 
Записки Пассека имели несколько изданий и очень известны в Польской литературе. Подлинная их рукопись находится в Петербурге, в Императорской Публичной Библиотеке.
«На Волыни была у него(Мазепы-Е.В.) деревушка, в соседстве с Фальбовским, котораго, не знаю почему, он стал часто навещать. Он любил бывать у него, когда Фалъбовский уезжал из дому, домашние, особенно те что носили записки и слышали кое-что из разговоров, довели о том до сведения своего господина. Однажды Фальбовский собрался куда-то в далекий путь, простился с женою и, выехав из дому, остановился на дороге, по которой езжал к нему Мазепа. Вдруг едет с письмом посланец, тот самый что всегда исполнял такия поручения и сам же донес о том своему господину.
Фальбовский взял письмо. В нем извещали, что его милость выехал из дому и просили пожаловать в гости и пр. Отдавши обратно письмо посланцу, Фалъбовский сказал ему: «Ступай и проси ответа; скажи, что госпожа велела поторопиться» Посланец уехал, а Фалъбовский остался ожидать, пока он воротится с ответом, потому что разстояния было две мили. Исполнив поручение, посланец поспешил обратно и отдал своему господину письмо, в котором Мазепа изъявлял готовность к услугам и обещал немедленно приехать. Через несколько времени едет Мазепа. После взаимных приветствий, Фалъбовский спрашивает: «Куда ты едешь?» Мазепа назвал какое-то другое место. Фалъбовский: «Милости прошу ко мне». Мазепа извиняется, что не может, имея крайнюю надобность. «Вы сами тоже, кажется, куда то едете?»— «О нет! сказал Фальбовский, и тут же схватил его за ворот и спрашивает: «А что это за письмо?» Мазепа замер от страха и давай просить: говорит, что он едет в первый раз и что никогда не был прежде. Фальбовский зовет посланца и спрашивает: «Много ли раз он был без меня?» Тот отвечает: «Столько раз, сколько у меня на голове волос». Тогда Фальбовский велел связать Мазепу и дорогою сказал ему: «Избирай род смерти!» Мазепа сознался во всем и просил, чтобы его не лишали жизни. Фальбовский, натешившись над ним и, измучив его, раздел до нага, привязал на собственнаго его коня, сняв седло и оборотив лицом к хвосту, а ногами к голове, руки связал на спине, а ноги подвязал под брюхо коню:, а потом коня, и без того горячаго, стали бить нагайками, подзадоривать и, чтобы еще более разгорячить, несколько раз выстрелили у него над ухом. Конь как бешеный помчался домой, не по большой дороге, а чрез густой кустарник, через заросли, колючий терновник, узкими дорожками, по которым привык возить своего господина, как обыкновенно ездят, когда хотят проехать незаметно. И в обыкновенном положении, держа в руках поводья, часто бывает нужно наклоняться в густом лесу и объезжать дурныя места; и не без того, чтобы иногда не доставалось ветвями по голове, или не разорвать платья. Каково же было теперь нагому, с головою обращенною к хвосту лошади, на таком быстром и необузданном коне, который от страха и боли несся куда попало! Сколько надобно было вынести мучений, пока конь выбрался из лесу!
Двух-трех слуг, которые сопровождали Мазепу, Фальбовский задержал и не позволил им ехать за ним, чтобы они не могли подать ему помощи.
Примчавшись к воротам своего дома, еле живой, Мазепа зовет сторожа. Сторож узнал его голос и отворяет ворота; но, увидя страшное зрелище, скорее опять затворяет их, бежит прочь и зовет всех дворовых. Те заглядывают в ворота и крестятся. Мазепа кричит им, что он их господин, они не верят; когда же, прозябший и избитый, он уже почти не мог говорить, они его наконец впустили. Фальбовский, приехавши к жене, сообразил как ему надо поступать: он постучал в окно, чрез которое входил Мазепа; окно открыли и приняли его как желаннаго гостя. Но что вытерпела жена, то неприлично здесь и разсказывать; а, особенно от шпор нарочно для этого приготовленных и привязанных как-то к коленям. Довольно сказать, что это был славный пример наказания и обуздания людей своевольных. Мазепа едва не погиб, но вытершись мазью и вылечившись, выехал из Польши, где было ему позорно оставаться.
Источники:
1) Пассек Я.Х. Мазепа. (Из Записок Яна Хризостома Пассека) / Перевод Х. // Русский архив, 1878. – Кн. 3. – Вып. 11. – С. 343-347.

Комментариев нет:

Отправить комментарий